Ой, вей,вей, кокой кошмар! Вот что значит похерить веру предков, иззините, канешно. Обрезание делают на восьмой день. Не на седьмой. Но вообще вы, конечно, правильно поступили. Моя подруга хотела обрезать дитя в Москве, но там не было моэлей в то время. Если были, КГБ их преследовал. Не знаю, что делали мусульмане – может, везли в Татарстан или что еще в том же духе, а евреи ждали заезжего моэля из Израиля. И вот он приехал. А дите заболело. Короче, она его обрезала уже в Израиле, в больнице. Ему было три года. Когда он отошел от общего наркоза, заорал " Имочка, караул!" Потом дети, слегка отошедшие от операции, выходили наружу. Наш шагал сам враскорячку, а те, что постарше, ехали на родителях, или их несли на носилках. Жальче всего было пятнадцатилетнего. Евойная мамаша ывшла замуж за шведа, жила в Швеции, а потом вдруг поняла, что это не ее жизнь, вернулась в Израиль и понесла дитя обрезать. Бедняга.
Своего пупсика я обрезала на восьмой день. Он орал, пока не попал в руки к моэлю. Моэль взял его на ручки, и пупсик тут же успокоился. Когда его резанули, он пискнул. Ему дали соску из куска бинта, смоченного в вине, он забалдел и заснул, пока все читали брахот. Вот и все. А потом проснулся и закусил сисей.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
no subject
Date: 2010-06-09 08:13 am (UTC)Вот что значит похерить веру предков, иззините, канешно.
Обрезание делают на восьмой день. Не на седьмой.
Но вообще вы, конечно, правильно поступили.
Моя подруга хотела обрезать дитя в Москве, но там не было моэлей в то время. Если были, КГБ их преследовал. Не знаю, что делали мусульмане – может, везли в Татарстан или что еще в том же духе, а евреи ждали заезжего моэля из Израиля. И вот он приехал. А дите заболело. Короче, она его обрезала уже в Израиле, в больнице. Ему было три года. Когда он отошел от общего наркоза, заорал " Имочка, караул!" Потом дети, слегка отошедшие от операции, выходили наружу. Наш шагал сам враскорячку, а те, что постарше, ехали на родителях, или их несли на носилках. Жальче всего было пятнадцатилетнего. Евойная мамаша ывшла замуж за шведа, жила в Швеции, а потом вдруг поняла, что это не ее жизнь, вернулась в Израиль и понесла дитя обрезать. Бедняга.
Своего пупсика я обрезала на восьмой день. Он орал, пока не попал в руки к моэлю. Моэль взял его на ручки, и пупсик тут же успокоился. Когда его резанули, он пискнул. Ему дали соску из куска бинта, смоченного в вине, он забалдел и заснул, пока все читали брахот. Вот и все. А потом проснулся и закусил сисей.