Утро, час пик. На остановке метро много людей, метро давно не было, все нервничают, видимо что-то случилось на линии. Наконец, приходит битком набитое. Жарко, да еще и в глубине вагона надрывается от плача ребенок в кенгуру. Радуюсь про себя, что мой уже тусит в садике вместе с коляской, доехали в полупустом автобусе.
Есть такой тип голландских мужчин, которых, если можно так выразиться, слишком много. Они обычно крупные, громкоголосые, сев, занимают полтора сидения, раскладывают свои телефоны, портфели и прочие причиндалы по всей трассе, без конца рассказывают либо о своей работе, либо о своих отпусках и курят вонючие сигареты.
Вот два таких персонажа стояли сегодня утром за мной. Явно боясь помять пиджаки и досадуя, что не могут сесть со своими лаптопами и поработать.
- Ё-маё, прямо как в Пекине!
- Хуже! Прямо как в Москве!
Есть такой тип голландских мужчин, которых, если можно так выразиться, слишком много. Они обычно крупные, громкоголосые, сев, занимают полтора сидения, раскладывают свои телефоны, портфели и прочие причиндалы по всей трассе, без конца рассказывают либо о своей работе, либо о своих отпусках и курят вонючие сигареты.
Вот два таких персонажа стояли сегодня утром за мной. Явно боясь помять пиджаки и досадуя, что не могут сесть со своими лаптопами и поработать.
- Ё-маё, прямо как в Пекине!
- Хуже! Прямо как в Москве!